Истоки пляшущих авто–лоурайдеров
В 1920 годы художница Соня Делоне (Терк), уроженка России, вместе со своим мужем художником Робером Делоне разработавшая теорию «симультанизма» (от латинского «одновременность, цветовые композиции»), пришла к идее тотального дизайна – все что ее окружало, должно было иметь симультанный вид: шляпы, сумочки, мебель, зонтики и... автомобиль.
Она расписала собственный Bugatti таким образом, чтобы он составлял единый ансамбль с ее «симультанными» туалетами. То ли автомобиль должен был служить продолжением женщины, то ли женщина – продолжением машины, но именно так было положено начало сразу нескольким вещам: дизайнерским автомобилям, особой автомобильной моде – тюнингу.
Ну, а если вы мужчина, и не просто мужчина, а настоящий мачо, представитель одной из горячих южных народностей, например? Какой автомобиль в таком случае может удовлетворить ваши «симультанистские» запросы? Ну разве что пляшущий вместе с вами под зажигательную румбу посреди шумного карнавала и приковывающий восхищенные взгляды прелестных дам.
История рождения такого весьма необычного и достаточно редкого явления для автомобильного тюнинга (при том, что тюнинг – сам по себе экзотика для серии и конвейера), как лоурайдеры, или «пляшущие» автомашины, сама по себе любопытна. Самое первое явление народу «чокнутого» автомобиля связывают с Мексикой. И то правда, разве в чопорно-умеренной Европе или в прагматичных Штатах возможно было такое? Почему-то повелось именно среди мексиканских автомобилита. Однако тут их и поджидали определенного рода проблемы: ну там назойливые сложности с парковкой, въездами на бордюры и форсированием даже самых невысоких препятствий. Вот тогда-то и родилась идея использования гидрокомпрессоров для того, чтобы сделать управление подвеской независимым для всех четырех колес. Отсюда, как говорится, все и пошло. Ну, а поскольку самой близкой к Мексике технически развитой страной была Америка, куда так стремились зубастые мексиканцы, то не удивительно, что свою страсть они без особого труда передали предприимчивым янки. Тем более что последние сами были не прочь покуражиться с автомобильной техникой.
Альянс латиноамериканского темперамента с североамериканским размахом и внушительной технической базой – деньги здесь были не самым главным – произошло где-то в сороковые годы прошлого столетия. Тогда в Соединенных Штатах вовсю процветал напористый хот-роддинг: одержимые скоростью американцы переделывали свои старые «шевролеты» с одной лишь целью: догнать и перегнать соседа по ранчо на первом же светофоре. Форсировали двигатели, мудрили с деталями, устраивали подпольные (полиция донимала) соревнования по стрит-роддингу – уличным гонкам. Выходцы же из Латинской Америки, пускавшие корни в южных штатах (в первую очередь в Калифорнии), видели смысл гармонии человека и автомобиля несколько в ином. Аэродинамика кузовов и мощь форсированных двигателей – это не для мачо, который знает истинную цену стов, что если ты «крутой», то твой автомобиль должен иметь низкую посадку. Возможно, именно таким образом проявилось у них страстное внутреннее желание быть хотя бы немного похожими на красавцев-автогонщиков «Формулы-1» – у большинства усатых, ослепительно белозубых мачо денег не хватало не то что на настоящий «болид», но даже на более-менее новую серийную модель. Причем чем ниже была у тебя посадка (автомобиля, разумеется), тем считалось, что ты круче. В результате лоурайдеры – в дословном переводе с английского «едущий низко» (lowrider) – добились впечатляющих результатов в устранении дорожного просвекаждому своему слову и поступку. Куда важнее для большинства выбившихся в люди «латиносов» были – и остаются по сей день – чисто внешние факторы, оказывающие существенное влияние на общий имидж. Поэтому, если вы видите повсюду в автомобиле ослепительный хром, колеса сверкают многочисленными спицами, а в салонах – плюшевая отделка с кисеей, то, скорее всего, перед вами – железная «лошадка» какого-нибудь горячего южного парня. Ну и, разумеется, все та же низкая и еще ниже посадка кузова.
Доподлинно неизвестно, кто первый начал подпиливать пружины, укорачивать рычаги и тяги, однако последователей этого новшества в Соединенных Штатах оказалось совсем немало. Счастливую идею снабдить подвеску специальным гидравлическим устройством, которое поднимало бы кузов машины над мостовой и опускало бы его до самого асфальта, очень быстро приняли на вооружение автомобилисты-самоучки и инженеры автосервисных фирм, уловившие тенденцию с отчетливым ароматом хороших денег. В комплект невиданного доселе автомобиля стали входить электрические насосы и гидроцилиндры, которые подключали к амортизаторам или пружинам. Несмотря на сложности установки и неслабую цену (до нескольких тысяч долларов), такие автомашины одну за другой «укладывали» на дорогу. Впрочем, совершенству нет предела, правда, предсказать путь развития не удалось бы и Нострадамусу! Как водится при великих открытиях, один из установщиков оборудования совершенно случайно обнаружил, что резкое увеличение давления заставляет автомобиль подпрыгнуть. И тут началось...
К тому же энтузиастами дела, которое с середины прошлого столетия по настоящее время многими продолжает восприниматься как крайне бесполезное и безумное, было подмечено, что благоприобретенный процесс «сесть-встать» у лоурайдера с регулируемой подвеской проходит довольно динамично и выглядит забавно. Оставалось совсем немного, чтобы автомобиль с изменяемым просветом стал... танцующим. Небольшие компании, выпускавшие комплекты «активизации» подвески, в отличие от таких мастодонтов, как, например, General Motors, данное обстоятельство быстро учли. И пошел отплясывать американский «автомобильный карнавал» перед школами, колледжами и ближайшими супермаркетами – у кого машина веселей протанцует!
Вид автомобилей, которые могли приплясывать на колесах, пускаться вприсядку и даже (у самых умелых водителей) подпрыгивать чуть не на полметра в высоту (на специальных состязаниях лоурайдеров некоторые из них легко берут планку высотой и в 180 см!), оказался настолько привлекательным для организаторов всевозможных автомобильных и околоавтомобильных шоу, что выступления лоурайдеров стали такой же неотъемлемой частью массовых автосалонов и действ вроде полуэротических «бикини-шоу», как и ежегодное обращение американского президента к конгрессу США.
Своего апогея лоурайдерство в Америке достигло где-то в 60-х годах. Именно тогда стали появляться автомобили, которые стремительно разрастающееся племя экспертов начало заносить в разряд лоурайдерской «классики». Например, в те годы едва ли не на ведущие роли в новом жанре выдвинулись пикапы. Автомобильные выпендрежники устанавливали на машинах этого типа специальные приводы, позволявшие поднимать кузов в различных направлениях и даже вращать его вокруг своей оси – получалось нечто похожее на размахивание «руками» одновременно с работой «ног». Но все же лоурайдером номер 1, используемым повсюду в Соединенных Штатах, стал Chevy Impala 1964 года выпуска. Постепенно увлечение мексиканских чиканос стало известно во всем мире. Как и следовало ожидать, Европа не смогла уберечься от этой страсти, хотя США по-прежнему остаются законодателями мод в лоурайдерстве. Так, уже несколько последних лет на главной европейской выставке по car audio в германском Зинцхайме шоу лоурайдеров занимает центральное место в культурной программе.
Происходит это так: на площадку, окруженную трибунами, по очереди выезжают лоурайдеры. Водители достают из багажников пульты управления подвеской и орудуют с ней так, что автомобиль совершает самые невозможные кульбиты, не трогаясь с места. Происходит все это под музыку, и задача оператора – исполнить предлагаемый танец как можно более артистично.
Нередко устраивают конкурс «человек-машина», когда одновременно танцует экзотически разодетая девица и чудо-автомобиль. В Зинцхайме так и происходит, а пара-победитель определяется на специфический car audio манер: по окончании выступления включается измеритель уровня звукового давления, установленный на штативе на краю «танцплощадки», и фиксируется громкость аплодисментов, воплей и гиканья зрителей. На кого громче реагировали – тот и победил.
А что же у нас? А у нас, как водится, все после всех. Впрочем, если верить апологетам лоурайдерства, ничего в нем архисложного нет: пара гидроцилиндров – и прыгающий «Запорожец» готов! Только бы не развалился...
